«Мир — это наше зеркало»: Наталья Куприянова о возвращении в Чаран, дружбе с кузнецами и волшебстве

В маленьком селе Чаран Хангаласского района живет человек, чье имя стало символом надежды и вдохновения для местных жителей. Наталья Куприянова – настоящий лидер, обладающий сильным духом и неугасимой любовью к родной земле. В своих поступках она демонстрирует глубокое уважение к якутской культуре и своим предкам, показывая пример того, как следовать принципам, несмотря ни на что. Для спецпроекта ЯСИА и сервиса заказа такси Drivee «Якутия. От первого лица» Наталья рассказала о своих проектах и о том, что ее вдохновляет.

Мама учила быть сильной, а дедушка – слушать свое сердце

– Расскажите о себе. Кто сформировал ваш характер?

– Я родилась в Покровске, в Хангаласском районе. Успела побыть и октябренком, и пионером. Когда встречаемся с одноклассниками и друзьями детства, часто говорим, как нам повезло взрослеть в то время. Этот период, каким бы трудным его ни называли, закалил наше поколение — мы выросли стойкими, честными и принципиальными.

У меня простая семья, я единственная дочь. Родители развелись, когда мне был год, и я жила с мамой и дедушкой. Мама работала учителем начальных классов. Как у многих советских педагогов, ее часто не бывало дома: я просыпалась — она уже в школе, засыпала — она все еще там. Поэтому мое детство прошло рядом с незрячим дедушкой. Пока он был жив, я была его правой рукой.

Дедушка был удивительным человеком. Его семью жестоко раскулачили, и он остался один совсем ребенком. Но при этом сохранил редкое качество — доброту и любовь к жизни. Он всегда говорил: «Не верь глазам, верь сердцу».

Мама — очень сильная и стойкая женщина. Она рано осталась без матери, заботилась о слепом отце, и мы жили в непростое время. Поэтому она часто повторяла: «Будь сильной, не проявляй слабости, иди только вперед».

Я очень люблю своего папу. Семен Иванович Куприянов был для меня примером — человеком крайне честным и прямым. Его не стало в 2007 году.

Чаран – место силы

– Почему вы, имея возможность жить городе, решили вернуться в маленькую деревню Чаран? И чем вы сейчас там занимаетесь?

– В селе Чаран Хангаласского района родился и вырос мой дедушка. Мои предки жили в местности Улахан Алаас. Земляки до сих пор передают из поколения в поколение одну историю: там не раз случались лесные пожары, выгорали все постройки, и только амбар моего прадеда оставался нетронутым. Я считаю Чаран своей родной деревней. Раньше на вопрос, откуда я, отвечала: «Из Покровска». А теперь уверенно говорю: «Из Чарана».

Когда я переехала сюда жить, меня не поняли. Половина деревни — мои родственники, все меня знают. Но даже для земляков это стало неожиданностью: ведь я могла бы жить практически в любом городе мира, но выбрала Чаран. Моя старшая дочь живет на Кипре, младшая — в Малайзии.

Чаран называли умирающей деревней, но это вовсе не так. По переписи нас 76 человек, зимуют 4–6 домов. Сейчас люди планируют строить новые дома и возвращаться сюда не только на летний сезон — хотят жить здесь постоянно. Это очень радует. У нас нет газа, нет питьевой воды, стабильной связи, нет школы и медицинского пункта. При этом наша земля невероятно богата: аласы, озера, тайга. С недавнего времени я езжу на охоту с братьями и друзьями в те места, где охотились мои предки.

В человеческом языке нет слов, которые могли бы передать то, что я чувствую по отношению к своей земле. Я не родилась здесь, но это место стало для меня родным.

Половину территории нашего наслега занимают недропользователи — добывают и перерабатывают известняк. Сейчас все мое внимание и силы направлены на урегулирование их воздействия на экосистему, на сокращение настоящих и будущих последствий работы карьеров. Меня поддерживают не только земляки, но и общественники со всей республики. Очень радует, что удается находить компромисс с некоторыми недропользователями. Есть компании, которые перешли со взрывов на ручной метод добычи. Также хочу отметить позицию Министерства промышленности Якутии: мы, население, за последний год увидели отклик и реальные действия на наши обращения. Количество выданных лицензий медленно, но верно сокращается. Относительная прозрачность работ карьеров, контроль за соблюдением экологических и восстановительных мер — уже не пустой звук.

– Как появилась идея построить в Чаране канонический балаган? И кто помог вам воплотить эту мечту в жизнь?

–  Идея построить балаган в Чаране пришла спонтанно, но точно не случайно. История действительно волшебная: все в этом проекте сложилось быстро и просто, хотя без сложностей тоже не обошлось.

У меня была четкая задумка: это не должен быть обычный балаган, как сейчас строят многие. Я хотела, чтобы он соответствовал древним канонам — таким, какими строили наши предки. Проект для меня разработал Эрнест Алексеев, автор книги «Саха бала5ана». Единственное отступление от традиции — деревянный пол вместо земляного и стекла вместо окон из бычьего пузыря. Все остальное — строго по канонам.

В этом году мы перестилали крышу, потому что первоначальный вариант протекал при сильном дожде. Мой земляк и друг Николай Филиппов сделал все по старой технологии: кора березы, глина.

Балаган построил мастер Михаил Борчахов со своей бригадой в 2023 году. Как раз в то время в Чаран приехал кузнец Альберт Никифоров. Он родом из Нюрбы, женат на хангаласской девушке. Алик неожиданно предложил построить у меня кузнечную печь. Рассказал о процессе плавки, объяснил, что это мощная защита рода. Я согласилась, хотя сначала не до конца понимала всей значимости и глубины этого шага.

Когда состоялось открытие балагана, съехалось много гостей — приехали даже незнакомые мне люди. Это был особенный день.

Первая женщина с кузнечной печью

–  Вы упомянули, что у вас во дворе есть кузнечная печь. Что для вас значит этот процесс?

–  Как говорят кузнецы, я — единственная женщина с кузнечной печью. Я хочу им верить.

Моя первая плавка прошла в селе Булгунняхтах. После нее я стала ездить с кузнецами в разные улусы, чтобы быть участником и свидетелем этого сакрального процесса. В моей печи, на моей земле мы уже провели пять плавок. В планах — плавка в самые лютые морозы зимой.

У меня есть инструменты, ножи, хомус, ножницы и даже пряжка для ремня из болгуо, выплавленного в моей печи. Это будут родовые реликвии.

Общение с мастерами по железу показало мне все величие кузнечного мастерства. Насколько сильно кузнецы отличаются по своей психологии и энергии — это абсолютно другие люди.

Процесс плавки металла стал для меня чем-то вроде рождения — от сбора руды до извлечения металла из печи. Когда ты впервые прикасаешься к горячему, только что рожденному металлу, понимаешь: быть кузнецом — это не просто желание, это призвание, предназначение.

Работа с металлом и огнем требует особого подхода. Многие кузнецы, особенно те, с кем я дружу, очень скромные. Иногда мне кажется, что они не осознают своей крутости и величия.

Как в маленьком селе появилась связь

–  Мы знаем, что вы способствуете появлению связи в Чаране. На каком этапе сейчас процесс?

— Связь пока еще не появилась, но мы верим, что цель будет достигнута.

Когда я переехала в Чаран, передо мной встала проблема отсутствия связи. Мне пришлось стать связующим звеном. Сначала я попыталась установить антенну у себя, но ничего не вышло — деревня находится слишком далеко от основной вышки, а деревья очень высокие. Кстати, наши деревья реально высокие: те, кто приезжает к нам впервые, сразу это замечают и удивляются.

Как раз в тот период проходила предвыборная кампания, и в деревне состоялось собрание. Приехали глава района, министры и депутаты, среди них был Алиш Мамедов. Я быстро написала обращение, потому что отсутствие связи было для нас проблемой номер один.

Алиш Забитович поддержал нас и сказал: «Делай вышку, я помогу». Мой одноклассник Игорь Марков занимался прокладкой оптоволокна и сразу предупредил: для нас оно недоступно из-за расстояния и малого числа жителей. При этом Игорь согласился помочь. Смета на оптоволокно составляла от 8 миллионов рублей, на вышку — 1,5 миллиона. Выбор был очевиден.

Тогда первый транш перевел Алиш Забитович, второй — улусная администрация. Монтажники построили вышку за пару дней и установили антенну, но она не ловила сигнал. Гарантий на хорошую связь никто не давал — мы находимся слишком далеко. Единственный сигнал, который удалось поймать, шел от Тит-Эбэ, но он был очень слабым.

Чтобы его усилить, решили нарастить вышку и перенастроить оборудование. Я купила новую антенну на свои деньги — она недорогая, но специалистов в этой области мало, поэтому уже больше года ждем одного мастера. Я поддерживаю с ним связь каждую неделю. Мы не сдаемся.

От идеи до франшизы

–  Вы также являетесь успешным предпринимателем. Расскажите, как начинался этот путь.

–  В 2013 году я открыла свой маленький киоск в Покровске. Его концепция была связана с необычными подарками и сувенирами. Я обожала ходить в такие магазины, как La Futur, могла часами стоять там, рассматривая товары, и мечтала создать что-то подобное в родном городе.

Честно говоря, 99% людей вокруг не верили в этот проект. Некоторые говорили, что мне стоит открыть продуктовый магазин. Даже близкие друзья настойчиво уговаривали отказаться от идеи с «Мистером Бином», убеждая, что я потеряю все свои деньги.

Но у меня не было выбора — я начинала с нулевым балансом. Одна подруга предложила занять мне деньги до возврата, другая — продать киоск в рассрочку. Словом, я сделала бизнес из того, что было под рукой. Запустила конкурс на название в соцсетях, поставив шоколадку в качестве приза за лучший вариант. А логотип нарисовала моя подруга, талантливейший дизайнер Таня Петрова.

Я не ожидала, что это выльется в масштабный и успешный проект. Когда я открывала первый киоск, моя задача была просто выжить. Но через год двоюродный брат Дима предложил расшириться в Якутск.

Дальше мы стали расти — вышли в другие города страны. Я продала первую франшизу в Улан-Удэ до того, как она официально существовала: товарный знак еще не был зарегистрирован, франшизный портфель не собран. Люди доверяли мне и бренду.

В этом году я уступила свои торговые точки, но оставила за собой бренд. С «Бином» связано очень много ключевых жизненных моментов — это мой ребенок, который сейчас сепарировался.

Я не ставлю точку в предпринимательстве, сейчас я на паузе, на заслуженном, так сказать, отдыхе. Много идей, проекты зреют, есть уверенность, что родится что-то очень нужное и интересное.

Главное вдохновение

–  История с маленьким селом Чаран очень вдохновляющая. Откуда черпаете силы и энергию помогать людям?

— Когда меня спрашивают, зачем я вступаюсь за землю и помогаю людям, такие вопросы для меня непонятны. Как я могу этого не делать? Как я могу остаться в стороне, если могу помочь?

Мир — это наше зеркало, и все исходит от нас. Если наши мысли и действия несут добро, то и жизнь вокруг, и события подстраиваются под наше состояние. Я выбираю доверять миру.

Результаты, о которых я рассказала, — мой бизнес, прекрасные, добрые люди на пути, помощь от них, события, которые разворачиваются удачно вопреки прогнозам, — часто такие вещи не поддаются объяснению с точки зрения обычной логики. Все обстоятельства могут быть против, но в итоге все складывается наилучшим образом. В близком окружении шутят: «Ты снова включила режим волшебства?» Я верю, что так работает доверие к жизни.

Моим главным вдохновением выступают мои дочери. Со старшей дочерью Юлей у нас абсолютный синхрон. Мы разные, но видим и чувствуем жизнь одинаково. Иногда мне достаточно одного созвона с ней, чтобы сложные обстоятельства выровнялись. Она, не побоюсь этого слова, мой наставник.

Младшая дочь Маша — уникальная девушка. И я говорю это не как мама: даже если бы я не была с ней знакома, мое восхищение и уважение к ней как к личности были бы такого же максимального градуса. Пару недель назад она написала эссе в одном из престижных университетов Малайзии о нашем селе Чаран, о проблемах с карьерами. Представляете, студенты со всего мира прониклись этой темой! Преподаватели и профессора написали ей большой отзыв об этой работе.

Я горжусь своими детьми. Благодаря им у меня есть желание и силы творить и создавать.

Блиц

– Любимый фильм?

– «Легенды осени» и «Меч короля Артура».

– Где бы вы жили, если не в Чаране?

– Я деревенский житель, поэтому в селе Бясь-Кюель Олекминского улуса.

– Кем мечтали стать в детстве?

–⁠ Волшебником (сбылось).

– Какие качества цените в людях?

– ⁠Честность, внутреннюю свободу.

–А какие в себе?

– ⁠Внутреннюю свободу.

–⁠ Любимое животное?

–⁠ Росомаха.

–⁠ Есть ли жизненное кредо? Если да, то какое?

–⁠ Ни при каких обстоятельствах не предавать себя.

— Любимые места в Якутске

— Талое озеро. Я живу в этом районе, утром бегаю, днем прохожу через мост по делам, а вечерами встречаюсь с друзьями. Мне нравится наблюдать, как в разное время суток меняется настроение этого места. Утром набережная озера заполнена бегунами и пешеходами. Днем здесь можно увидеть мам с детьми и офисных работников. А вечером царит особая романтичная атмосфера.

Иногда самые важные маршруты ведут не к новым местам, а обратно — туда, где твои корни, близкие и воспоминания. Для Натальи таким местом стал Чаран, куда она вернулась осознанно и где сегодня строит свою жизнь. Drivee помогает делать такие повседневные поездки проще — по городу, за его пределы, к родным, друзьям и в места, куда хочется возвращаться снова.