“В другой профессии себя не представляю”. Десантник-пожарный Павел Ядрихинский рассказал о том, как спасают лес от огня в Якутии

Поделиться новостью:

Молодой десантник-пожарный Авиалесоохраны Павел Ядрихинский нашел свое призвание в борьбе с огненной стихией в тайге. Вот уже на протяжении пяти лет он спасает леса Якутии от пожаров, перекапывает километры земли в лесной гуще и в другой профессии он себя уже не представляет. В интервью ЯСИА Ядрихинский рассказал, как пришел на эту работу, что помогает оперативно найти очаг пожара и как относится его семья к тому, что он месяцами борется с огнем в лесах.


Когда вы прошли боевое крещение огнем?

Уже не помню, то ли в Намском, то ли в Мирнинском районе. Тогда летали на самолетах в дальние командировки. В то время я даже не знал, что существует такая профессия. Когда устроился на работу, то удивился, настолько она оказалась сложна. Постоянно нужно бегать, перекапывать километры земли в лесу. В ведь это не во дворе яму копать: мешаются корни деревьев, места, где торфяники, вообще приходится превращать в окопы, как на войне. Когда попадается песчаная почва, то копаем с облегчением. В основном у нас ручная работа – топор и лопата, а вот трактора редко доезжают до местностей, где нужно провести минерализацию почвы. Думаю, что нужно быть морально готовым к такой профессии, а физические кондиции – на втором плане, их можно развивать постепенно при такой работе. Еще постоянно ждем вертолет для переброски – часто он прибывает с задержкой, проводя мониторинг в местности. Бывают случаи, когда ждешь вертолет, а он не может забрать из-за перегрузки, забирают ведь не только нас. Вылет переносится на позднее время.

Сколько лет вы работаете в Авиалесоохране?

Я устроился на эту работу в 2015 году, три года в качестве контрактника в пожароопасный период, затем перешел на постоянную работу. Пришел  по совету друзей, мы с ними устроились одновременно – сказали, что есть место на сезонную работу. Прошел медицинский осмотр, проверили на соответствие по здоровью и физической подготовке. В тот год как раз начал учиться, по этой причине был контрактником.

Сколько пожаров локализовали за период работы?

Я уже не помню, достаточно много, в год ликвидируем порядка тридцати лесных пожаров в районах республики. Если прикинуть, то в этом году пожаров больше, чем в предыдущие годы. В мае потушили шесть пожаров, на данный момент примерно уже ликвидировали штук двадцать, а сезон еще не закончен. В центральных районах пожаров больше, очень много сухих гроз, почти без дождей.

За пожароопасный сезон бываете дома?

По разному, к примеру, весной пожаров меньше, длятся не так уж много дней, тогда можно сделать передышку дома. А вот в летом можем  даже целый месяц быть на пожарах, нас постоянно перебрасывают на новые очаги.

Есть семья, как они относятся к вашей работе?

Да, есть семья, ребенок. Они уже привыкли к моей сезонной работе, понимают, что это мое призвание, я нашел себя в этой жизни, даже не представляю себя в другой профессии. Говорят же, что если хочешь быть счастливым, то должен любить свою работу, эта профессия именно по мне. При этом, я часто устаю от городской суеты, а  в тайге душа отдыхает. К тому же коллектив отличный – молодые ребята, которым можно довериться. У некоторых из них по трое, четверо детей, вот их женам, наверно, сложнее в летний период, но старшие дети уже начинают помогать. Конечно, хотелось, чтобы зарплата была выше, думаю, что такая работа должна оплачиваться лучше, ведь мы не раз рисковали жизнью при чрезвычайных ситуациях. У каждого семья, ипотека, финансовых забот в наше время много.

Чем занимаетесь осенью, когда лесные пожары уже позади?

Мы уходим в отпуск, проводим время с семьей. Обычно люди отдыхают летом, а мы – зимой. Некоторые находят подработку, семью же надо обеспечивать. В конце января уже выходим на работу, проводятся тренировки, обучения, каждый год проходим переаттестацию, некоторые повышают свой класс. Планировали, что меня обучат на парашютиста, чтобы я перешел на передовую линию, они всегда приходят на пожары первыми.

Насколько оперативно проводится работа по ликвидации пожара?

В Якутии есть патрули, летают самолеты “Тундра” и “Цессна” или есть маленькие самолеты, где помещаются только два члена экипажа. Когда летчик-наблюдатель обнаруживает очаг, то докладывает о нем диспетчеру, диктует координаты. Сразу же ставят план направить группы на этот пожар, мы оперативно собираемся, едем обычно в Маган, где нас уже ждет вертолет. Потом на борту нас инструктируют, облетаем полностью очаг, осматриваем масштабы, берем свои инструменты и уже высаживаемся. И никаких тебе перекуров и перерывов, все равно сразу идем на пожар, нужно очаг взять под контроль. А вот еду и базу нам уже готовит таборщик – устанавливает палатки, находит воду, приготовит ужин. А мы,  голодные, приходим на табор только вечером или ночью, только, если победим огонь – после раскапывания минерализированной полосы, пуска встречного огня и окарауливания. Есть еще один вариант, когда парашютисты-пожарные патрулируют на АН-2, находят очаг и прыгают сразу в огонь для локализации, так получается даже быстрее.

А при пожарах помогает местное население?

Когда очаг находится поблизости, то они приходят на выручку. Главы наслегов, районов часто оказывают помощь, предоставляют технику. Вот во время пожара в Усть-Алданском улусе направили два трактора, очень помогли работе. Когда были на пожаре возле Оспехского наслега, глава Лена Свешникова привозила чистую воду,  перевезла наш табор на поле, очень внимательно к нам отнеслась. Мы не всегда успеваем поблагодарить местных за помощь при пожарах, вот хотел бы передать благодарность, всем, кто помогает. Когда больше людей, тем быстрее уберечь лес от огненной стихии.

Другие наши материалы:

Айсен Николаев поздравил учащихся и педагогов Жатайской СОШ с открытием Центра «Точка роста»

Айсен Николаев поздравил учащихся и педагогов Жатайской СОШ с открытием Центра «Точка роста»

В центре будут внедрять новые методы обучения и воспитания, образовательные технологии программ цифрового, естественнонаучного, технического, гуманитарного и социокультурного профилей

“В другой профессии себя не представляю”. Десантник-пожарный Павел Ядрихинский рассказал о том, как спасают лес от огня в Якутии

Молодой десантник-пожарный Авиалесоохраны Павел Ядрихинский нашел свое призвание в борьбе с огненной стихией в тайге. Вот уже на протяжении пяти лет он спасает леса Якутии от пожаров, перекапывает километры земли в лесной гуще и в другой профессии он себя уже не представляет. В интервью ЯСИА Ядрихинский рассказал, как пришел на эту работу, что помогает оперативно найти очаг пожара и как относится его семья к тому, что он месяцами борется с огнем в лесах.


Когда вы прошли боевое крещение огнем?

Уже не помню, то ли в Намском, то ли в Мирнинском районе. Тогда летали на самолетах в дальние командировки. В то время я даже не знал, что существует такая профессия. Когда устроился на работу, то удивился, настолько она оказалась сложна. Постоянно нужно бегать, перекапывать километры земли в лесу. В ведь это не во дворе яму копать: мешаются корни деревьев, места, где торфяники, вообще приходится превращать в окопы, как на войне. Когда попадается песчаная почва, то копаем с облегчением. В основном у нас ручная работа – топор и лопата, а вот трактора редко доезжают до местностей, где нужно провести минерализацию почвы. Думаю, что нужно быть морально готовым к такой профессии, а физические кондиции – на втором плане, их можно развивать постепенно при такой работе. Еще постоянно ждем вертолет для переброски – часто он прибывает с задержкой, проводя мониторинг в местности. Бывают случаи, когда ждешь вертолет, а он не может забрать из-за перегрузки, забирают ведь не только нас. Вылет переносится на позднее время.

Сколько лет вы работаете в Авиалесоохране?

Я устроился на эту работу в 2015 году, три года в качестве контрактника в пожароопасный период, затем перешел на постоянную работу. Пришел  по совету друзей, мы с ними устроились одновременно – сказали, что есть место на сезонную работу. Прошел медицинский осмотр, проверили на соответствие по здоровью и физической подготовке. В тот год как раз начал учиться, по этой причине был контрактником.

Сколько пожаров локализовали за период работы?

Я уже не помню, достаточно много, в год ликвидируем порядка тридцати лесных пожаров в районах республики. Если прикинуть, то в этом году пожаров больше, чем в предыдущие годы. В мае потушили шесть пожаров, на данный момент примерно уже ликвидировали штук двадцать, а сезон еще не закончен. В центральных районах пожаров больше, очень много сухих гроз, почти без дождей.

За пожароопасный сезон бываете дома?

По разному, к примеру, весной пожаров меньше, длятся не так уж много дней, тогда можно сделать передышку дома. А вот в летом можем  даже целый месяц быть на пожарах, нас постоянно перебрасывают на новые очаги.

Есть семья, как они относятся к вашей работе?

Да, есть семья, ребенок. Они уже привыкли к моей сезонной работе, понимают, что это мое призвание, я нашел себя в этой жизни, даже не представляю себя в другой профессии. Говорят же, что если хочешь быть счастливым, то должен любить свою работу, эта профессия именно по мне. При этом, я часто устаю от городской суеты, а  в тайге душа отдыхает. К тому же коллектив отличный – молодые ребята, которым можно довериться. У некоторых из них по трое, четверо детей, вот их женам, наверно, сложнее в летний период, но старшие дети уже начинают помогать. Конечно, хотелось, чтобы зарплата была выше, думаю, что такая работа должна оплачиваться лучше, ведь мы не раз рисковали жизнью при чрезвычайных ситуациях. У каждого семья, ипотека, финансовых забот в наше время много.

Чем занимаетесь осенью, когда лесные пожары уже позади?

Мы уходим в отпуск, проводим время с семьей. Обычно люди отдыхают летом, а мы – зимой. Некоторые находят подработку, семью же надо обеспечивать. В конце января уже выходим на работу, проводятся тренировки, обучения, каждый год проходим переаттестацию, некоторые повышают свой класс. Планировали, что меня обучат на парашютиста, чтобы я перешел на передовую линию, они всегда приходят на пожары первыми.

Насколько оперативно проводится работа по ликвидации пожара?

В Якутии есть патрули, летают самолеты “Тундра” и “Цессна” или есть маленькие самолеты, где помещаются только два члена экипажа. Когда летчик-наблюдатель обнаруживает очаг, то докладывает о нем диспетчеру, диктует координаты. Сразу же ставят план направить группы на этот пожар, мы оперативно собираемся, едем обычно в Маган, где нас уже ждет вертолет. Потом на борту нас инструктируют, облетаем полностью очаг, осматриваем масштабы, берем свои инструменты и уже высаживаемся. И никаких тебе перекуров и перерывов, все равно сразу идем на пожар, нужно очаг взять под контроль. А вот еду и базу нам уже готовит таборщик – устанавливает палатки, находит воду, приготовит ужин. А мы,  голодные, приходим на табор только вечером или ночью, только, если победим огонь – после раскапывания минерализированной полосы, пуска встречного огня и окарауливания. Есть еще один вариант, когда парашютисты-пожарные патрулируют на АН-2, находят очаг и прыгают сразу в огонь для локализации, так получается даже быстрее.

А при пожарах помогает местное население?

Когда очаг находится поблизости, то они приходят на выручку. Главы наслегов, районов часто оказывают помощь, предоставляют технику. Вот во время пожара в Усть-Алданском улусе направили два трактора, очень помогли работе. Когда были на пожаре возле Оспехского наслега, глава Лена Свешникова привозила чистую воду,  перевезла наш табор на поле, очень внимательно к нам отнеслась. Мы не всегда успеваем поблагодарить местных за помощь при пожарах, вот хотел бы передать благодарность, всем, кто помогает. Когда больше людей, тем быстрее уберечь лес от огненной стихии.

Другие наши материалы:

Айсен Николаев поздравил учащихся и педагогов Жатайской СОШ с открытием Центра «Точка роста»

Айсен Николаев поздравил учащихся и педагогов Жатайской СОШ с открытием Центра «Точка роста»

В центре будут внедрять новые методы обучения и воспитания, образовательные технологии программ цифрового, естественнонаучного, технического, гуманитарного и социокультурного профилей

Scroll Up