«Жизнь в районах»: Шахтер-ветеран Вализер рассказал о трагических случаях 1966 и 1992 годов

654

Неоспорим тот факт, что в Кобяйском районе зародилась угледобывающая промышленность Якутии. Уголь в Сангаре начали добывать с 1927 года. Для нужд республики и Северного морского пути было добыто более 13 миллионов тонн высококачественного угля. Шахта «Сангарская» стала основой зарождения организации «Якутуголь». В рамках спецпроекта «Жизнь в районах» мы решили познакомить читателей с шахтером-орденоносцем, отработавшим в забоях «Сангарской» более тридцати лет. Подробности в «Паспорте улуса».


Спецпереселенцы

Александр Вализер родился в Ленинграде 23 июня 1940 года. За год до начала Великой Отечественной войны. В марте 1942 года, когда блокада Ленинграда длилась уже шесть месяцев, всю семью Вализеров отправили по льду Ладожского озера прочь из города. Это являлось скорее не актом спасения, а… переселения. Дело в том, что родители Саши являлись этническими немцами, а значит, «врагами народа».

Сначала спецпереселенцев отправили поездом на восток. В пути состав попал под бомбежку, на память о которой Александру Андреевичу остался шрам на руке. Выжили. Вскоре изгои оказались в Сибири, где их пересадили на баржи и отправили вниз по Лене. Так и оказались в поселке Сангар.

— В 1953-м, после смерти Сталина, нам разрешили переехать из Якутии, но только не в Москву, Ленинград и другие центральные города, — вспоминает А. Вализер. — Однако родители приняли решение остаться здесь навсегда. Так наша семья обрела новую родину. Здесь я вырос, окончил школу, а в 1963 году, сразу после армии, женился на своей однокласснице. В том же году устроился на шахту «Сангарская» электрослесарем.

ГРОЗ и 1147 ступенек вниз

Вскоре у молодого шахтера родилось двое сыновей, и чтобы достойно содержать семью, он окончил курсы горнорабочего очистного забоя (ГРОЗ) и перевелся на подземные работы.

— Заработок у ГРОЗа был самый высокий на шахте — 700-750 рублей в месяц, в то время большие деньги, за год на новые «Жигули» можно было заработать, —рассказывает ветеран. — Спускаться под землю в чрево горы Сангар-Хая приходилось на своих двоих. Лифта для спуска горняков в шахту не было, а канатная дорога появилась лишь в 1994 году. В первый раз идти было боязно и неприятно: сумрак, сырость. Однако меня напутствовали опытные коллеги: «Когда спускаешься в шахту – не думай о плохом, думай только о хорошем!»

Спускаясь впервые, я насчитал 1147 ступенек. Потом путь вел в забой по горизонтальным выработкам. В штреках-выработках освещение было, а там, где непосредственно велась выемка угля, там была темнота. Только фонари на касках выручали. Работали в кирзовых сапогах, так как зимой и летом под землей была одна и та же температура +3-5 градусов.

В одну смену под землей работало более ста горняков. Электровозы возили вагонетками уголь. Буровые установки бурили породу. Беспрерывно работали конвейеры. Взрывники взрывали пласты угля. А по окончании смены мы выходили на поверхность чумазые, как папуасы.

Из забоя на поверхность

На мой вопрос о подземных инцидентах Александр Андреевич вспомнил трагический случай 1966 года. В тот раз в забое воспламенилась и взорвалась угольная пыль. Погибли восемь шахтеров. А спустя четверть века не повезло и самому Вализеру.

В 1992 году, когда шахтер находился на смене, на него обрушился пласт горной породы – деревянные подпорки штрека не выдержали. В итоге он лишился пальца на руке. Эта травма привела ГРОЗа из забоя на поверхность, в электромонтеры.

 

«Спускаешься в шахту –

не думай о плохом, думай только о хорошем!»

А в 1998 году шахту «Сангарская» законсервировали. Спустя какое-то время в ее недрах, на пластах «Сложный» и «Юбилейный», вспыхнули два пожара, которые продолжаются по настоящее время.

— Именно на этих пластах добывался уголь высочайшего качества, — свидетельствует шахтер. — Этих многолетних подземных пожаров можно было избежать, если бы во время консервации все сто с лишним выходов шахты были заложены шлакоблоками и зацементированы. В этом случае туда не проникли бы охотники за цветметом. Увы, консервация была произведена формально, что привело к доступу в выработки вандалов, соответственно, доступу кислорода и самовозгоранию угля.

По поводу тушения и возрождения шахты «Сангарская» Александр Андреевич считает, что в этом вопросе многое зависит от республиканских властей. Главное — была бы в этом заинтересованность. «А то ведь что мы наблюдаем? – задается вопросом собеседник. — Вот уже много лет уголь в шахтерский Сангар возят рекой из Томпонского района, из поселка Джебарики-Хая! Да это все равно, что в лес дрова возить! А ведь когда-то Сангар обеспечивал углем и Якутию и Севморпуть!» 

 

К слову, Александр Вализер отмечен многими наградами, но самая дорогая для его сердца — знак «Шахтерская слава», который вручается работникам угольной промышленности за безупречный труд.

Другие материалы проекта «Жизнь в районах» вы можете прочитать на сайте ulus.media


Нажимая на кнопку, вы даете согласие на обработку персональных данных и соглашаетесь c политикой конфиденциальности.