Беседуя с министром образования и науки Якутии, мы почти не говорили о цифрах и отчетах, их можно прочесть в новостях министерства. С Владимиром Егоровым мы беседовали просто как с человеком, как с отцом трех дочерей… Говорили о том, какое оно – образование сегодняшнего дня, как успеть за скоростями, каким должен быть учитель и какие дети сегодняшнего дня.


— Сейчас «священным писанием» для работников сферы образования становится национальный проект «Образование»…

— У нас есть 12 национальных проектов, один из них — нацпроект «Образование», но к системе образования имеют отношение и  «Демография» и «Цифровая экономика». Внутри нацпроекта «Образование» есть 10 федеральных проектов, получается, это некий интегрированный комплекс, который должен охватить все слои населения и уровни образования. Так, например, есть проект «Современная школа», по которому все дети должны обучаться на современном оборудовании. Здесь внимание уделяется предмету «Технология», многие его помнят как «Труд». Сегодня этот урок должен проходить на оснащённых современным оборудованием, например, 3Д принтером, местах.

— То есть сделать знаменитый табурет или сшить фартук — это все отойдет на второй план?

— Вы правильно сказали, именно отойдет на второй план, потому что полностью отказываться от этого нельзя.

Есть у нас, например, проект «Билет будущего», к нему присоединились более 10 тысяч детей. Ребята проходят тестирование и по полученным результатам могут попробовать себя в той или иной профессии, потрогать ее руками. В Якутском технологическом техникуме сервиса, например, пекли пирожные, а в Якутском коммунально-строительном техникуме испытывали их современное оборудование. Там девочка-отличница пошла на направление «мастер ЖКХ», поработала… сантехником.

При этом должен быть существенный уклон в современные технологии. Ребенок сегодня окружен ими с раннего детства, а когда приходит в школу  — к верстаку… В общем, школа должна готовить к настоящей жизни.

— Выходит, технология будет сопряжена с информатикой?

— Верно, поэтому сейчас и создаются Центры цифрового и гуманитарного развития. Происходит это в рамках проекта «Современная школа». В Якутии мы должны их создать 247. Предполагается, что там будут работать учителя информатики, технологии, ОБЖ, шахмат, а также педагог дополнительного образования. Согласитесь, интересное сочетание? Может быть, шахматы кому-то покажутся странным выбором, но ведь доказано, что они прекрасно развивают интеллект.

— Как эти Центры будут визуально выглядеть? Будут какие-то классы дополнительные?

— Сейчас на федеральном уровне идет разработка концепта, и определение — что за оборудование там необходимо. Вероятно, будет некоторое техническое оснащение, которое позволит эти уроки проводить. Например, есть специальные компьютерные программы, которые могут обыграть любого гроссмейстера, детям было бы интересно их изучить.

— Почему открытие таких Центров цифрового и гуманитарного развития более актуально на селе?

— Там этого не хватает. В городских школах у детей есть возможность пойти в тот же «Кванториум» или Центр технического творчества, есть IT-школа Илларионова и другое. А в сельской местности этого нет. Такие центры должны начать работать уже со следующего учебного года. На днях мы подпишем соглашение с Министерством просвещения России на создание 54 центров. Сейчас мы работаем с каждым районом, принято решение создавать Центры там, где наибольший охват. Пока в муниципалитете планируется открывать одну-две школы.

— Какой он – учитель сегодняшнего дня, учитывая, какие продвинутые сегодня дети? Как быть впереди?

— Раньше учитель мог просто раз подготовиться к уроку, изложить все и достичь цели. Сегодня все может пойти непредсказуемо, начнет он рассказывать какой-то материал, а ученик в этом вопросе знает больше, вот учитель и окажется в неудобном положении. Сегодня преподавателю недостаточно просто транслировать информацию. Ребенок не может отделить правду от неправды, важное от второстепенного, учитель должен показать, «вот ты тут опираешься на википедию, а ведь там кто угодно что угодно может написать, а вот этой научной статье можно доверять». Действительно, учитель должен стать более динамичным, хорошо ориентироваться в информационном поле и научить ребёнка в нем ориентироваться, научить его критическому мышлению, слышать полярные точки зрения.

Интересная тенденция, к которой учителя также должны приспосабливаться — дети не воспринимают информацию длинными блоками. Раньше мы говорили и писали сложносочиненными предложениями, а сейчас мышление более клиповое. Способ восприятия информации стал более зрительным, информацию смотрят, а не слушают.

У нас есть проект «Учитель будущего», в рамках которого должен быть создан «Центр непрерывного повышения педагогического мастерства» для учителей любого возраста. Здесь же от настроя все зависит, можно и в 84 научиться кататься на лыжах и овладеть новой компетенцией. Когда я учился в университете, мой научный руководитель Сергей Аркадьевич, ему 60 лет как раз тогда исполнилось, был очень продвинутый, он в институте механики работал. Какими он только новыми программами не пользовался!

 

— И все-таки для меня образ учителя — это Нестор Петрович из «Большой перемены»…

— А, может быть, этот Нестор Петрович сегодня даже ближе нашим детям. У него же в фильме не классический образ, там вечерняя школа, и ученики –люди, обладающие большим опытом, чем он. Только когда он понял, чем они живут, он стал им ближе. Сегодня так же. Учитель должен понять ученика. Да, может быть, ребенок и отстает по математике, но зато он хорошо рисует или в рок-группе круто играет. А может быть не воспринимающий компьютерные программы ученик в какой-то игре прошел на немыслимый уровень, просто подача предмета ему не интересна, а надо заинтересовать, и тогда он в этой области больших успехов добьется. Учитель понимающим должен быть.

— Вы затронули тему разносторонне развитых детей. В нацпроекте большое внимание уделено дополнительному образованию. Как в республике сегодня строится работа в этом направлении?

— В национальном проекте один из самых главных показателей по дополнительному образованию – охват. А с методикой подсчета пока не все ясно, ведь ребенок может посещать сразу несколько секций и считать, скорее всего, правильно по неохваченным детям.

По дополнительному образованию проект называется «Успех каждого ребенка». Задача простая — каждый должен раскрыть свои способности. Допобразование более вариативно, там тысячи программ, каждая образовательная организация разрабатывает свою. Мы все время говорим об индивидуализации, индивидуальном образовательном маршруте, персональном образовании. Дополнительное образование как раз позволяет этого добиться. Ребенок может не достигать академических успехов, ну не дано ему это, но зато он умеет что-то такое, что не входит в школьную программу и чего другие не умеют. Поэтому, вероятно, будущее именно за допобразованием.

— Сегодня существует Стратегия развития Якутии до 2032 года с перспективой до 2050 года. Исходя из нее, каким формируется наше новое поколение, на что делается упор?

— Уклон сегодня в сторону естественно-научного направления, включая компьютерные технологии. То, в чем мы сильны — это компьютерные технологии. У нас есть две крупные компании с мировым именем. «Майтона», например. Работают IT-школы Илларионова, ребята из института математики и информатики СВФУ выиграли два престижных российских конкурса… Я считаю, что именно IT-технологии — наша сильная сторона. И глава Якутии Айсен Николаев в своем стратегическом указе об образовании поставил задачу создать, во-первых, в каждом районе создать свой Детский технопарк, а также запустить по всей республике 17 центров цифрового развития. В нацпроекте «Образование» идет речь об IT-кубах, будут те же Центры цифрового и гуманитарного развития… На самом деле тренд сегодня – цифра. И цифровое образование у нас в Якутии развито хорошо, даже в отдаленных районах, где, казалось бы, не очень хороший интернет, есть люди, которые очень хорошо разбираются в информационных технологиях. К примеру, в селе Березовка есть учитель информатики, который по республике призовые места занимает. Многие шутят: «А чем еще якутам заниматься во время долгой зимы». Ключевые направления, отраженные в Стратегии, — креативная экономика и IT-технологии. Это мы и будем развивать.

— Когда-то популярные и нужные профессии фонарщиков или машинисток сегодня уже исчезли. Какие профессии, на ваш взгляд, в скором времени мы потеряем, а какие приобретем?

— Менее актуальными становятся многие профессии, есть прогнозы, что скоро бухгалтеры будут не нужны, искусственный интеллект их заменит. В 2018 году мы с шестью колледжами решили поработать над тем, как должно развиваться учебное заведение, на какие профессии обратить внимание. Все это в рамках управленческой программы Сколково по разработке программ их развития. Например, Жатайский техникум сейчас готовит тех, кто занимается ремонтом судов. Но исходя из Стратегии развития Якутии, у нас будет строиться Жатайская судоверфь, которая будет выпускать по 10 судов в год. Значит, нужны будут люди, которые смогут их строить и обслуживать. Вот и получается, что экономика заказывает нам, какие отрасли развивать, каких специалистов готовить. В IT также нужны не только программисты, но и те, кто обслуживает технику, проводит ее тестирование, продвигает на рынке.

В системе среднего профессионального образования легче реагировать на спрос. Потому что там короткие образовательные программы, а вот с высшим сложнее – там дистанция больше.

 

— Буквально на днях вы объявили пятилетку качества образования, с чем это связано?

— Перед нами поставили важные задачи: принятые указы рассчитаны на пять лет, до 2024 года. Россия должна попасть в 10-ку лучших в мире, а Якутия — в 15 лучших в России. Последнее, на мой взгляд, сложнее. Сегодня есть регионы-лидеры в этом вопросе, и нам необходимо тоже стать одним из таких регионов. Поэтому мы и объявили пятилетку качества образования.

— В погоне за всеглобальной цифровизацией гуманитарные направления не пропадут?

— Они останутся. Много процессов будет автоматизировано, и у людей останется больше времени на развитие себя как личности, а это именно гуманитарные направления. У людей должно быть развито воображение, даже если человек работает в техническом направлении. Один из известных математиков однажды, отвечая на вопрос, куда пропала одна из его подающих надежды учениц, сказал, что «для математики у нее не хватило воображения, и она стала поэтом».

— Стоит ли ждать открытия новых направлений и учреждений в сфере дополнительного образования?

— Необязательно создавать новые здания, чтобы перейти на новое качество. Часто достаточно просто изменить подход к привычному делу. Так, учителя английского языка жалуются, что у них всего четыре часа в неделю и подготовиться к ЕГЭ трудно. Но ведь можно, и не увеличивая часы, создать англоязычную среду в школе, написать названия кабинетов и окружающих предметов на английском, внедрить элементы языка на других занятиях, мероприятиях или еще что-то. Если подойти к вопросу творчески, то 10 часов английского языка и не понадобится.

Поэтому, повторюсь, необязательно нужно новое здание, чтобы заниматься новыми технологиями. Хотя да, часто экономически выгоднее построить новый объект, поскольку невозможно оборудовать в каждой школе высокотехнологичные лаборатории. Поэтому создается, условно говоря, центр коллективного пользования. Сейчас мы строим учебно-лабораторный корпус Малой академии наук, который будет оснащен хорошим оборудованием по мировым стандартам. Мы хотим, чтобы будущие лидеры в науке с детства были к этому приобщены. Для этого нужно уметь работать на соответствующем оборудовании, способ мышления определённый иметь, а сейчас наука основана на взаимодействии, на коллективной работе. Мы хотим, чтобы преподавали те, кто действительно занимается наукой, некоторое время уделяли детям, вовлекали их в мир исследований.

— В ходе разговора мы с вами говорили об идеальном ученике, а я хочу поговорить об обыкновенном ребенке. Сегодня я часто вижу в интернете, что тут мучили котенка, а там была драка школьников, да и проблема АУЕ («арестантсткий уклад един» — условное название подростковых групп, живущих по тюремным законам, — прим ред.), наверняка, есть…

— Я вырос в 80-х годах и иногда думаю, что мне было бы страшно, если бы мои дети росли в то время. Как минимум семь раз моя жизнь могла повернуться совсем по-другому, опасные вещи мы делали,  даже просто для жизни опасные. Времени у нас свободного много было, вот мы и проводили его на улице, что-то затевали, придумывали, чудили… Дети же.

По официальной информации МВД, у нас нет ни одного несовершеннолетнего, который относился бы к АУЕ. А надписи не в самых благополучных районах возникают, я говорил с педагогами на эту тему, скорее от протеста или чувства подражания. Сейчас есть МВД, Росгвардия, кадетские школы, общественные объединения… Работы в вопросе воспитания стало даже больше, на мой взгляд, и результаты лучше. Вы вспомните, раньше в Якутке можно ли было спокойно после девяти вечера по улицам ходить? Многое зависит просто от порядка вокруг. Вот, например печально знаменитая в свое время Нью-Йоркская подземка — после того, как ее привели в порядок, преступность там практически исчезла. А так в человеческой природе заложены групповые инстинкты. Это в «Повелителе мух» Уильяма Голдинга хорошо описано: там дети одни попадают на остров, и начинает твориться полный ужас. В подростковом возрасте присуща жестокость еще и от непонимания последствий. А в группе, когда они не хотят быть хуже других, или им стыдно не делать то, что делают другие… Опасный это возраст. В этом возрасте как раз таки роль учителя, воспитателя и родителя очень важна.

 

— Если говорить о подражании. Сегодня у молодежи, на мой личный взгляд, есть сформировавшийся образ героя – такой протестующий добрый хулиган с внешностью актера Александра Петрова. А как вы считаете, нужен ли некий образ героя времени для Якутии?

— Да, фильм «Т-34» показывает нам героев. А сделать своего… С экономической точки зрения это сложно, поэтому может и не берутся. Сегодня мы живем в свободном обществе, где каждый говорит и делает что угодно. Для детей героями и собеседниками становятся «блогеры из интернета». Здесь задача и школы, и родителей — учить детей отличать черное от белого, потому что воздействие сети сильное.

— Сразу вспоминается тот страшный случай расстрела в колледже в Керчи…

— Да, именно. Поэтому говоря о герое для Якутии… Может быть, это молодой человек из сельской глубинки, который едет получать профессию в сфере нефтегазовой промышленности, угольной — и проявляет себя.

— Воспитывая ваших детей… Сколько их у вас?

— Три девочки. Они уже взрослые (улыбается).

— Так вот, воспитывая дочерей, вы какие примеры им приводили, кого?

— Кого-то определённого, наверное, нет. Я опираюсь на мнение «не сотвори себе кумира». Когда мы шахматами занимались, понятно, что всегда были примеры чемпионов мира. Сам с детства играл в шахматы, но не на спортивном уровне. Когда привел старшую дочь в секцию, там был человек, который дал нам понятие про «шахматный спорт». В итоге она стала чемпионкой Якутии, Смоленской области, Санкт-Петербурга, международных спортивных игр «Дети Азии», а позже уже средняя дочь становилась чемпионкой Дальнего Востока, а младшая – чемпионкой мира. Шахматы учат рассчитывать силы, планировать действия. Я бы не всем рекомендовал заниматься ими как спортом, это очень трудоемко, но играть для интеллектуального удовольствия и развития, выработки определенных качеств хорошо всем. Те, кто занимался шахматами, умеют сконцентрироваться, просчитать возможные последствия и точно выполнить поставленные задачи, ведь в шахматах есть отличное правило: «Взялся — ходи».