Памяти Надежды Дмитриевой

0
108

Сорок дней назад, 4 августа, ушла из жизни Надежда Спиридоновна Дмитриева. Автору и ведущей легендарной передачи «Сарыал» 7 августа этого года исполнилось бы 69 лет. Вся ее биография связана с якутским телевидением.


Надежда Спиридоновна была тонким знатоком истории, культуры и искусства родной Якутии. В последние годы Дмитриева трудилась в НВК «Саха» редактором отдела по работе с архивными видеоматериалами. Лауреат республиканской премии «Золотое перо», журналистской премии имени Героя Советского Союза Н.А. Кондакова, обладатель почетного знака «Отличник культуры РС (Я)» и почетного звания «Заслуженный работник культуры РС (Я)», лауреат Государственной премии РС (Я) в области журналистики – вот лишь неполный перечень наград, свидетельствующих о заслуженном успехе тележурналиста у своего зрителя. Памятные слова Надежды Спиридоновны, озвученные ею в одной из авторских передач: «Главное, что осталось — это обращение к телезрителю. И наша уверенность, что красивыми программами мы хоть чуточку можем изменить этот мир». В день сороковин ведущие журналисты, коллеги и деятели культуры делятся небольшой частью воспоминаний о Надежде Дмитриевой.  

Галина Раевская, журналист, партнер, друг, режиссер:

— Наше кредо было – пойдем, как есть! И мы шли напролом. Шли, не считаясь со временем, с обстоятельствами. Где мы только не были, осваивая, окунаясь в глади нашей неповторимой реки Лены. От Верхоленска до Тикси — и в оленьи стада, и на побережье Ледовитого океана, и в стужу Таймылыра. Достаточно назвать лишь несколько наших программ – «Старожилы Лены», «Священный Ильмень», «Мать писателей», «Родной язык – якутский». Надежда всегда очень гордилась своими героями.

Андрей Борисов, президент Академии духовности РС(Я), 1990-2014 — министр культуры и духовного развития РС(Я):

— Я помню разговор, который Надежда Спиридоновна сняла с Геннадием Петровичем Сотниковым, лауреатом Государственной премии, выдающимся театральным художником. И эту передачу я раз за разом прокручиваю в голове и слушаю моего друга, с которым я 25 лет разговаривал, но Надежда в этой передаче ухватила самую главную суть его менталитета, его особого творческого образа.

Николай Петров, заслуженный работник культуры РС(Я), в 1990-2005 гг. – директор телевидения НВК «Саха»:  

— Мы с Надей не только одногодки, но даже в одной учебной группе заканчивали родной филфак ЯГУ, после чего сразу в 1975 году оба поступили на работу в Гостелерадио ЯАССР, где, не отрываясь, трудились более четырех десятилетий. В телевизионной журналистике ей не пришлось искать свое творческое «Я», ее журналистское кредо уже заранее было предопределено всей ее жизненной историей: культура и искусство. Ведь она с младенчески лет росла и воспитывалась в культурной среде, окружавшей ее семью настоящих якутских интеллигентов.  

Надя всю жизнь очень гордилась своими родителями: матерью – А.С. Сыромятниковой, народным писателем Якутии и отцом – С.К. Дмитриевым, известным партийным, советским деятелем, знаменитым журналистом. До последних своих дней она пыталась документально дополнить память о них в Национальном архиве.  

Итак, проучившись у основателей телевидения в Якутии П.М. Николаева, Героя Советского Союза Н.А. Кондакова. Надежда первым делом основательно взялась на народное творчество. К тому времени нашлась и напарница – режиссер Галина Раевская. Этот творческий тандем стал автором лучшей профессиональной публицистики в области культуры, создателем получивших всесоюзное и всероссийское признание фильмов: «Священный Ильмень», «Пушкин глазами якута», «Кочевье», «Мать писателей», «По Лене-реке», «Родной язык – якутский» и др. И как результат — Надежда Спиридоновна и Галина Иннокентьевна стали первыми телевизионщиками, удостоенными высокого звания лауреатов новой Государственной премии Республики Саха в области журналистики. Еще во времена Советского Союза впервые в истории Якутского телевидения по Центральному телевидению был выдан целый цикл программ Надежды Дмитриевой «Народное творчество Якутии». Это было несомненное признание творческой состоятельности якутских телевизионщиков.  

В последнее время Надежда занималась упорядочением «золотого фонда» ТВ, созданием на основе старых программ новых работ, чему она бесконечно радовалась: «Знаешь, это возвращает меня к прошлому, позволяет увидеть многие наши достижения, замечать недоработки. И в своей работе я теперь многое бы изменила… А все таки мы — счастливое поколение, мы до сих пор не насытились своей работой. Хотя времена наши прошли, в душе хочется еще полета…».

Гаврил Курилов – Улуро Адо, юкагирский поэт, прозаик:  

— Ныне еле плетусь из-за ревматизма, держась за локоть напарника, я старик восьмидесяти лет. Напарник предупреждает меня о бугорке или яме на асфальте, так бережет меня от возможного падения и травмы. Я плетусь еле с тяжелым сердцем в груди – оно охвачено очередной потерей из друзей и знакомых. Сегодня это – Надежда Дмитриева.  

Память меня уносит назад в 20 век в поселок Андрюшкино. Весна в разгаре. Иду к дому матери на северной окраине поселка. Вижу возле старого деревянного дома мамину ярангу, небольшую, поставленную для работы в ней – чистить камусы от мездры, сидя на небольшом стульчике, поставленном на невыделанную оленью шкуру. Думая об этом, вхожу во двор и вижу: из входа в ярангу торчат чьи-то ноги в утепленных черных ботинках. Недоумевая, вхожу в ярангу. Оказывается, на оленьей шкуре матери лежал человек на спине и снимал на телекамеру причудливо уложенные кончики жердинок на дымовом отверстии яранги. Увидев меня, он воскликнул: «О, Ганя, эн баар, эбиккин дуу?» Это был телеоператор Семен Васильев. Он сказал, что они из поселка Черский прилетели на самолете АН-2 и сразу же пришли к твоей маме. Они прилетели снимать небольшой документальный фильм о матери троих юкагирских писателей. Оказывается, Семен даже не заходил в деревянный дом нашей матери, и по заданию Надежды Спиридоновны стал снимать на телекамеру оньидигил – дымовое отверстие яранги. Потом мы зашли в дом, и на левой стороне у стола, в излюбленном месте нашего друга Степана Дадаскинова, увидел, что там сидела молодая полная девушка и говорила с нашей матерью, сидящей напротив нее. Около натопленной печи на стульчике сидела Варя, младшая дочь нашего покойного отчима. Она курила и дым выпускала в печку. А направо у стены, прямо на полу сидел старый эвен Акаандьаа — рыбак, обеспечивавший наш дом свежей рыбой. У него была своя хибара, севернее нашего дома. Потом Варя положила на большую тарелку вареную оленину, и мы стали обедать, разговаривая о том, о сем. Я, конечно, по такому торжественному случаю, вытащил из сумки припасенную водку «Московская». Настроение у всех у нас было весеннее, апрельское, мы рассказывали о смешных случаях из жизни наших друзей и знакомых. Было весело, от наших рассказов смеялись все, даже старик Акаандьаа. Честно говоря, я его не видел смеющимся – он болел неизлечимой болезнью с самого детства своей сиротливой, холостяцкой жизни. У матери, когда она смеялась, аж слезы лились из глаз. Еще Надина группа тогда снимала нашу аньибэ – детскую нарту-колыбель, в которой, во время кочевки, еще при жизни нашего отца, мы умещались втроем – Семен, сестра Даша и я, в то время старшие дети последнего юкагирского шамана нижнеколымской тундры. Но, в основном, снимали нашу мать, рассказывающую о своей жизни, о своих детях – обо всем, что помнила она, и что интересовало режиссера телефильма.

Обо всем этом я думал, когда шел, держась за локоть своего проводника-напарника. Обидно только, что многие мои друзья ушли из жизни так рано, наверняка они что-то не доделали, как я сейчас пытаюсь писать мемуары о людях, помогавших мне стать нужным для народа человеком. Думаю, что Надя тоже думала перед кончиной о том, что она сделала очень нужное и важное в своей жизни. Я думаю, и со мной согласятся мои сородичи − юкагиры тоже, что Надежда Спиридоновна Дмитриева, дочка писателя Анастасии Саввичны Сыромятниковой и известного журналиста Спиридона Дмитриева, у юкагиров оставила большую память о себе, запечатлев в телефильме светлый облик нашей матери Анны Васильевны Куриловой. Большое, огромное спасибо за это и низкий поклон тебе, Надя. Пусть чудная якутская земля будет тебе пухом!

Семен Васильев, кино и телеоператор НВК «Саха»:

— Мне посчастливилось видеть, как рождались передачи и фильмы творческого тандема редактора Надежды Дмитриевой и режиссера Галины Раевской. Меня всегда удивляло то, что Надежда никогда не возилась с бумагами и сценариями, она собирала информацию и все держала в голове, при записи интервью умела направлять героя в нужное русло. Киноочерк «Мать писателей» снимали не раз в Нижне-Колымском районе в селе Андрюшкино, Халарчинской тундре о матери трех писателей Семена, Гаврила и Николая Куриловых — Анне Васильевне. Из-за нехватки звуковой кинопленки достаточно много использовали закадровый голос героини. И этот прием придал фильму монологичность и глубину содержания. Очерк к нашей радости демонстрировался по Дальнему Востоку. Видеофильм «Родной язык якутский» снимали в селе Едяй Хангаласского района. Виталий Евстафьевич Соколов – герой фильма, тогда работал кочегаром. После показа той программы по Центральному телевидению его назначили бригадиром. Снимали в первой декаде июля, стояла жара выше 30 градусов. В этой командировке работали сразу две творческие бригады. Пока я снимал другую передачу Надя с Галей прохлаждались на песчаном берегу Лены как «бегемотики». Волей-неволей я носился от одной съемки к другой и от жары и пота моя рубашка стала как накрахмаленная. С тех пор, любя и шутя, я им говорил «бегемотики» мои.  

Эдуард Васильев, народный художник РС(Я), заслуженный художник РФ:

Надежда была очень скромным человеком. Делала такие мощные передачи, с великими людьми, но при этом себя никогда не выпячивала, скорее старалась остаться в тени. Мы с ней много общались, были в какой-то степени духовно близки. Иногда спорили, например, о том, что если якут слишком глубоко воспримет русскую литературу, например Толстого, которого мы оба очень почитали, не потеряет ли он свою национальную идентичность? Должен ли якутский художник стать частью русского искусства? В общем, с ней можно было говорить на любые темы и у нее была своя независимая точка зрения на все.  

Дарья Ермолаева, журналист, руководитель редакции документальных программ НВК «Саха»:

— Когда я впервые перешагнула порог Якутского телевидения, то все, кого я встречала, казались небожителями голубого экрана. Среди них была и Надежда Спиридоновна Дмитриева. Ее желание понять, поддержать молодого коллегу и стремление помочь мудрым советом, пожалуй, главное человеческое кредо Надежды Спиридоновны. До последних дней своей жизни она оставалась истинным зрителем программ и проектов, над которыми мне довелось работать. После каждого эфира она находила время, чтобы высказать свое мнение.

Нам обеим судьба подарила возможность творчески поработать в документальном цикле «Хранители времени». Тема старожилов Лены и потомков государевых ямщиков, которая в свое время окрыляла Надежду Спиридоновну, вновь зазвучала в 21 веке. Но на этот раз журналист стала главным героем. Уникальный материал, собранный Надеждой Спиридоновной и бережно хранящийся в «Золотом фонде» НВК «Саха», позволил вернуться к этой летописи. Помню, как обрадовалась Надежда Спиридоновна, когда фильм вышел в эфир. При каждой встрече находила новые нюансы и повороты драматургии, восхищалась нашими находками, благодарила, что мы затронули судьбы ее героев из села Едяй Хангаласского улуса и 1- Нерюктяй Олекминаского района, где она провела прекрасные мгновения своей творческой жизни. К сожалению, это было ее последнее интервью. Успокаивает лишь одно, мы успели порадовать Надежду Спиридоновну и подарили минуты счастья.  

Передача «Хранители времени», 2018 г. о фольклоре приленских ямщиков, коллективе «Вечерка» интервью с автором передач Дмитриевой Н.С.

Ссылка на передачу: https://www.youtube.com/watch?v=7fM9S9_px9E

Лариса Амбросьева, журналист, режиссер НВК «Саха»:

— Надежда Спиридоновна в моей памяти – это невероятной глубины души и культуры человек. Элегантная дама с легкой улыбкой и ироничным, особо пристальным взглядом на все и вся. Первую встречу с этой удивительной женщиной судьба подарила мне на одной из журналистских посиделок, которые случались на квартире у Елены Степановны Мироновой, где я жила в студенческие годы. Это были замечательные вечера молодых и горячих телевизионщиков со стихами о любви, песнями под гитару и жаркими спорами до утра. Катя Безносова, Слава Бочковский, Света Соколова, Таня Петрова, Галина Раевская, Надя Дмитриева… Целая плеяда удивительно яркой эпохи якутской телевизионной журналистики. С Надей иногда мы музицировали в четыре руки. Поразил один поступок, однажды Надежда Спиридоновна принесла ноты – полное собрание сочинений Фредерика Шопена, редакции Падеревского, изданного институтом Ф.Шопена в Варшаве. И сейчас, это редкое издание с репродукциями портретов и рукописей — невероятно щедрый подарок Нади, каждой сыгранной нотой всегда напоминает о драгоценном времени, прожитом рядом с ней.

Ирина Гоголева, начальник службы информационных программ ГТРК «Саха»:  

— Это было 11 лет назад. Тогда мне посчастливилось узнать Надежду Спиридоновну очень близко. Совершенно случайно мы с ней встретились в августе 2007 года на китайском курорте, куда я приехала с сыном отдыхать. Конечно, и до этого мы знали друг друга, но тогда я узнала Надежду Спиридоновну не только, как профессионала своего дела, но и как человека. Две недели пролетели очень быстро. Мы очень сдружились. Ходили на пляж, гуляли по окрестностям, вместе ужинали. Никогда не забуду наши беседы, когда я с открытым ртом слушала рассказы Надежды Спиридоновны. Она удивительный рассказчик. Никогда не забуду того, что она научила моего сына плавать и вообще дала мне возможность по-новому взглянуть на моего ребенка. Ему тогда было всего 11 лет, но как уважительно и серьезно она с ним общалась! Почти каждый вечер они вместе без меня гуляли по городу и ходили на блошиный рынок. И какой счастливый он приходил после этих прогулок, и как Надежда Спиридоновна его хвалила каждый раз. В конце нашей поездки она нам сделала небольшой, но очень дорогой подарок именно с этого блошиного рынка. Удивительной красоты и изящества маленькую пиалу из тончайшего почти прозрачного китайского фарфора. Как она среди этого развала блестящей и кричащей мишуры разглядела эту прелестную вещицу не знаю. Но теперь я осознаю, что в этом была вся Надежда Спиридоновна. Увидеть прекрасное среди обычного, разглядеть, то, что не видит другой и преподнести это так чтобы навсегда… Мы будем помнить вас всегда. А эта пиала стоит в моей комнате теперь уже как вечная память…

Яна Угарова, журналист, издатель журнала «Журфикс»:

— В 2007 году я во второй раз пригласила в Якутск с лекциями историка моды Александра Васильева. Он тогда не был настолько известным, как сейчас, поскольку еще не вел «Модный приговор» на ОРТ. Мне захотелось, чтобы как можно больше якутян услышали его, узнали о таком умном, образованном и высококультурном человеке. Я решила, что необходимо организовать телевизионное интервью с ним, и что интервью должен взять человек, с которым Васильеву было бы интересно общаться. Задача оказалась практически невыполнимой, потому что по тем временам постоянных серьезных программ на русском языке не выходило, а поручить такого человека неопытным юнкерам я никак не могла. Когда я уже готова была отказаться от своей затеи, кто-то надоумил обратиться к аксакалу тележурналистики Надежде Дмитриевой. Честно признаться, я ее прежде побаивалась — она казалась мне очень строгой, но все же, набравшись смелости, позвонила – и, на мое удивление, Надежда Спиридоновна без лишних расспросов взяла и согласилась. Не прошло и дня, как она придумала оригинальный ход – снимать потомка дворянского рода в зоопарке «Орто Дойду». И попала в точку: Васильев обожает животных и в общении с ними раскрылся с неожиданной стороны. Интервью снимали рядом – в ресторане, где я стала свидетелем диалога двух умнейших, образованнейших и высококультурнейших личностей! Не все попало в передачу (она есть в архиве НВК «Саха»), беседа продолжалась довольно долго. Могу сказать с уверенностью, что московскому гостю общение доставляло удовольствие: Надежда Спиридоновна была ему достойным собеседником, задавая порой колкие и даже язвительные вопросы. Я тогда испытала гордость за Якутскую тележурналистику: молодца, Дмитриева — знай наших!

Через несколько лет мы столкнулись с ней на… йоге. После долгого перерыва я пришла на занятие и на коврике впереди себя увидела женщину, показавшуюся мне знакомой. Когда она заговорила — поставленным низким голосом – я сразу признала Надежду Спиридоновну, но постройневшую, двигающуюся динамичнее, чем прежде, и уже делающую достаточно сложные асаны. Два раза в неделю, до и после занятий, я имела удовольствие с ней общаться. Так, однажды узнала, что ее мама – известная писательница Анастасия Сыромятникова, книги которой в доме моих родителей всегда стояли на почетном месте. Я попросила Надежду Спиридоновну написать для «Журфикса» воспоминания о матери — получился душевный, теплый материал, который вызвал хорошие отклики у читателей. И у нас с автором установились душевные, теплые отношения: она даже подарила мне два деревянных кирпича для «айенгара-йоги», которые я не использую по назначению, а храню, как память – об умном, образованном, высококультурном человеке, каким была замечательная Надежда Спиридоновна.

Фенна Пластинина, журналист, режиссер НВК «Саха»:

— Удивительный макроплан глаз Нади, как говорим мы, телевизионщики, в которых отражаются и одобрение, и поддержка, и легкая ирония, и радость жизни, несмотря на её передряги. На гибких ветках человеческой жизни Надежды Дмитриевой много узорчатых зеленых листьев. Больше всего листьев Добра. Листьев Верности, самых необходимых на свете, хватало и делу, и близким. Живучие листья её Честности всегда качались под ветром перемен, неся в воздухе светлую, звонкую и чистую мелодию без фальши. У неё не было диапазона от и до. Она могла всё. От Я до А, видимо, Бог подарил ей многое. Во-первых, её ждал зритель, во-вторых, к её мнению прислушивались. Она не кичилась титулом мэтра телевизионного жанра. Кем была для меня Надежда? Явлением. Личностью. И факт этот в доказательствах не нуждается. Надя продолжает свою жизнь, потому что есть память. Наша с вами память: о неистощимой силе, непоказной нежности и сиянии души человеческой.

Галина Захаренко, журналист, редактор НВК «Саха»:

— Как-то неожиданно для нас всех ты ушла! До сих пор читаю в глазах наших с тобой коллег и друзей некое недоумение- как? Почему? Отчего? Ушла по-английски, не попрощавшись, не хлопнув напоследок дверью… Ни на что ты не жаловалась, просто как-то непривычно похудела, а ведь всегда была пампушкой. Еще обращало на себя внимание то, что ты вдруг стала заботиться о нашем здоровье- о моем и Наташи Шестаковой — долго и, иногда нудно внушая нам за чашкой чая- как питаться, какой образ жизни вести в нашем, не самом юном возрасте, каких медспециалистов посетить.  

В молодости нашей журналистской мы были дружны с тобой. Дружба была неровной- сходились, расходились, особо не ссорясь, но с тобой всегда было весело, бесшабашно и интересно. Вспоминаю твои устные рассказы о родных и близких, о героях твоих передач, о каких- либо событиях в твоей жизни. Ты умела рисовать очень сочные, очень зримые и живые картинки. Ты умела подмечать в людях какие-то смешные черточки, вполне невинные недостатки, о которых он сам и не догадывался… Ты любила жизнь во всех ее проявлениях, пусть не самых симпатичных…Ты была Надюха очень разной, иногда очень ранимой и незащищенной.  

Мы с Наташей Шестаковой очень хотели навестить тебя в больнице. Ты жестко отвергла наш непрошенный визит, и это был мужественный поступок. Берегла нас. Да, Надя, снаряды ложатся все ближе и ближе, а что поделаешь — «…из этой жизни никто еще живым не уходил» — это я цитирую писателя Сергея Довлатова, кстати тебе он тоже нравился, умный, циничный, талантливый… Все это так, но с твоим уходом смирится пока трудно. Вот и сейчас, после отпуска иду на работу и невольно думаю о том, что увижу тебя на лавочке возле нашего сквера вместе с группой курящих коллег, не приемлющих ЗОЖа, присоединюсь к вам в каком-то легком необременительном диалоге, и ты обязательно в нем будешь солировать, рассказывая очередную байку из жизни.  

Светлана Трофимова, журналист, автор редакции документальных программ НВК «Саха»:

— С Надеждой Спиридоновной Дмитриевой я познакомилась в 2004 году, когда на канале НВК «Саха» открыли новую телевизионную, утреннюю программу «Новый день». Тогда нам, начинающим телеведущим, организовали мастер-классы от мэтров якутского телевидения. Среди них и оказалась наша многоуважаемая Надежда Спиридоновна. Конечно, я ее знала с детства, когда смотрела наш канал ещё в далёкие 80-ые, 90-ые годы. Всегда восхищалась ее степенностью, размеренностью, интеллигентностью. Её уроки и мастер-классы не прошли для нас даром. В каждом её взгляде, в каждом повороте головы и в каждом слове я видела мудрого наставника и доброго критика. Позже, когда многое у меня стало получаться в роли телеведущей и редактора документального цикла «Хранители времени», мы стали намного ближе другу к другу, ведь ничто иное, как конструктивные предложения, объединяют коллег и делают их работы намного лучше и интереснее. Встречая её на работе в кулуарах, в коридорах или когда она заглядывала к нам в кабинет на обед, всегда слышала от неё в свой адрес много добрых и подчас таких нужных слов поддержки. Не раз мы с коллегами бывали у нее на даче. И даже в этой непринужденной обстановке бархатный и томный голос ее придавал жизненным байкам некую таинственность и загадочность. Все в ее рассказах было как наяву. В этих раскрепощённых посиделках она всегда оставалась королевой. Настолько она была солидна и сдержанна, обстоятельна и величественна. Спокойный характер и чуткий нрав — это ее визитная карточка. Такой я ее и запомню. Светлой, мудрой, талантливой. Я счастлива и горда, что работала с таким удивительным и талантливым человеком — настоящей глыбой якутского телевидения!