Вдова Виктора Яковлева: Он не умел отдыхать и всецело был поглощен работой

6108

Два года назад не стало патриарха якутской фотожурналистики Виктора Яковлева, много лет возглавлявшего фотослужбу Якутского-Саха информационного агентства. Супруга Виктора Прокопьевича Изабелла Николаевна в интервью рассказала нашему агентству, каким он был вне работы.


IMG_9612— Изабелла Николаевна, когда вы познакомились со своим мужем?

— В 1958 году. Мне тогда было 19 лет и я только приехала в Нюрбу из Якутска. Ему было 24 года, работал в газете «Молодежь Якутии». Само знакомство получилось довольно интересным. Я жила у своих родственников, а мой двоюродный брат привел Виктора, своего друга, чтобы познакомить с другой нашей родственницей. Вот он зашел в дом, такой привлекательный и уверенный, но подошел не к той девушке, а ко мне. Так все и началось.

Через год мы поженились. До сих пор не в курсе, как он жил до нашего знакомства – особо не любил рассказывать о себе. Для моих родителей, которые с теплотой приняли его в качестве зятя, почти сразу стал как сын. Вообще Виктор очень легко находил общий язык с людьми старшего возраста. Мой отец всегда шутил: не найдется ли поблизости какого-нибудь старика, чтобы Виктору было с кем поговорить.

— Каким он был в повседневной жизни?

— Хотя на работе у него была репутация вспыльчивого человека, который никому не подчинялся, дома он был очень спокойным. Никогда не ругался, молча слушал, но потом всегда и всё делал по-своему. Единственное, из-за чего ссорились – это бардак в квартире. Одна из комнат напоминала архив. Слайды и пленки были повсюду, а его любимым занятием было копаться в них и постоянно сортировать. Отдыхать он совсем не умел. Как только выдавалась свободная минутка, то сразу брал эти свои пакеты со слайдами и с ними устраивался на диване. Даже когда на дачу выезжали, то брал их с собой, чтобы после работы на участке углубиться в фотографии.

Да, многие говорят, что очень любил своё дело. Но я одна видела, насколько глубоко он был привязан к работе. Всецело отдавался ей, без остатка. Я этого до конца не понимала, наверное.

Это трудолюбие позволяло ему во всём быть первым и, главным образом, в цветной фотографии. Вот председатель союза журналистов республики Галина Бочкарева мне тоже сказала, что они признают Виктора родоначальником цветной фотожурналистики Якутии. Начинал-то он раньше всех, в 1960-е годы еще.

— Чем увлекался Виктор Прокопьевич, кроме работы и семьи?

— Всё той же фотографией. Любил снимать и в повседневной жизни. Как и у всех якутов, у Виктора было особое отношение к природе, мечтал издать фотоальбом, посвященный красотам нашей земли. Сейчас я не смогу отыскать всех его фотографий для альбома – там такой завал, да и не приближалась я никогда к его архиву. Сейчас иногда просят достать какой-нибудь снимок, но я отвечаю отказом, потому что не могу разобраться, что и где лежит. Во время своих многочисленных командировок он любил поснимать, особенно в северных улусах. Однажды наша невестка увидела его фотографии и спросила, как это он ухитрился заснять розовую чайку. Виктор улыбнулся и сказал, что для снимка ему пришлось караулить эту редчайшую птицу, занесенную в Красную книгу, около двух дней. Мне кажется, это характеризует его как профессионала – мало кто будет сидеть неподвижно, надеясь сделать снимок птицы, которая, возможно, и не появится никогда.

— Получается, что и в обычной жизни оставался профессионалом своего дела? 

— Да, он постоянно старался развиваться, улучшать качество своих фотографий. Последняя его мечта — сделать фотоальбом про жизнь и деятельность трёх президентов Якутии. Вообще, с властью у него всегда были особенные отношения.

Секретарь обкома партии Семен Борисов его первым заметил. Как-то летели в командировку и тут Виктору говорят, что Борисов хочет его видеть. Как он сам признался потом, в этот момент немного струсил. «Что я сделал?», — подумал Виктор. Но всё равно пошёл, подсел к секретарю обкома. Тот в руках держал газету «Правда» и спросил, показывая на фотографию: «Твоя работа?». Получив утвердительный ответ, Борисов показал на другую и опять спросил, Виктора ли фотография. Муж ответил, что да. С тех пор тот начал везде его брать с собой. Потом был Гавриил Чиряев, с которым муж общался не так много. Чиряев был немногословным. Михаил Николаев особо не выделял Виктора по работе, хотя они хорошо ладили в жизни. Кто его ценил, так это Вячеслав Штыров. Думаю, это один из немногих людей, кто его понимал. Муж сам много раз говорил, что если бы не Вячеслав Анатольевич, то всё было бы по-другому. Поэтому я пытаюсь детям и внукам внушить, что нужно уважать Штырова и не забывать про его доброе отношение к их отцу и деду.

Про Егора Афанасьевича супруг говорил, что тот молодой и энергичный. Много раз бывал с ним командировках, на различных мероприятиях. Впервые с Борисовым встретился на своей выставке, где Ил Дархан пожал ему руку и призвал продолжать заниматься фотографией. Вообще Виктор уважал руководителей. Когда я спрашивала его: «Зачем себя изводишь? Кому нужно, чтобы ты так много работал?». Он обычно молчал, но однажды сказал, что государство его не забудет.

Когда два года назад его не стало, то я дала себе слово, что буду всеми силами стараться увековечить наследие Виктора. Год назад мероприятия, посвященные его памяти, прошли на очень хорошем уровне, а в этот раз, судя по всему, всё будет еще масштабнее. Обратилась на телевидение, в Якутске и на его малой родине будут организованы выставки. Хочу поблагодарить всех тех, кто его помнит и ценит.

6
0