Егор Борисов: Мамонтовый бренд должен быть реализован на международном уровне

3942

Как в Якутии проходит выдача «дальневосточного» гектара, сколько земель дополнительно получат жители республики и каким будет Всемирный центр мамонта — об этом и многом другом в интервью «Интерфаксу» рассказал глава республики Егор Борисов.


– Егор Афанасьевич, на Восточном экономическом форуме был представлен проект строительства нефтеперерабатывающего завода в Алданском районе. Ранее сообщалось, что есть интерес к нему со стороны китайских инвесторов. Как обстоит дело с реализацией этого проекта?

— Дело в том, что Якутия является одним из главных поставщиков углеводородного сырья в Азиатско-Тихоокеанском регионе. Но при этом, к сожалению, топливо для наших внутренних нужд, а это около 2 млн тонн, завозится из-за пределов республики. Соответственно нам оно обходится весьма недешево, особенно на Севере, где котельные работают на дизеле.

Все это побудило нас искать инвестора для строительства в Якутии нефтеперерабатывающего завода. Сумма проекта пока не разглашается, поскольку в настоящее время ведутся переговоры с китайскими инвесторами. Отмечу, что заинтересованная компания имеет лицензию на поиск и добычу нефти в республике.

– В каком положении сейчас авиакомпания «Якутия»? Будут ли власти республики и дальше поддерживать предприятие?

– Я неоднократно повторял, что сохранение авиакомпании «Якутия» жизненно необходимо для республики. Ведь мы живем в таком регионе, который очень сильно зависит от авиации, как по внутренним, так и по магистральным перевозкам. Поэтому правительство региона и дальше будет поддерживать предприятие.

Проблемы по лизинговым платежам в авиакомпании в настоящее время отрегулированы, несмотря на увеличение нагрузки в связи с ростом курса доллара.

— Завершены ли работы по созданию единого холдинга, в который войдут «Якутия» и «Полярные авиалинии»?

— Процесс создания холдинга идет, но в этом вопросе торопиться не стоит. Компании надо объединить таким образом, чтобы это не имело для них пагубных последствий. Поэтому план предусматривает сохранение самостоятельности хозяйствующих субъектов. Думаю, в течение 2017 года слияние будет завершено.

– В Якутии выдалось дождливое лето. Повлияло ли это на проведение кормозаготовительной кампании?

— Лето, конечно, было очень дождливое, особенно в северных районах. Там многие островные угодья затопило. Да, в начале августа возникла определенная обеспокоенность за проведение кормозаготовительной кампании, но, к счастью, в конце месяца распогодилось. В итоге районы сумели выправить ситуацию, в том числе за счет поддержки республиканского правительства. По оценке специалистов, необходимые запасы подготовлены.

— С 1 октября начался второй этап выдачи «дальневосточного» гектара, когда получить землю в своем регионе могут все жители Дальнего Востока. Как идет эта работа в Якутии?

— В целом Якутия сегодня готова ко второму этапу предоставления участков. Мы провели большую разъяснительную работу, приняли ряд стимулирующих мер. Провели экспериментальную выдачу в Нерюнгринском районе, выявив тем самым ряд определенных недостатков в самой системе «дальневосточного» гектара. Самый существенный из них – это несовпадение координат в электронной системе Росреестра с реальным расположением земельных участков. Поэтому по каждой заявке, которую будут подавать жители, идет дополнительная сверка.

Еще одна проблема связана с тем, что на карте не видно, насколько участки годны для ведения хозяйства. Может получиться так, что он вообще непригоден для использования, например, полно оврагов или стоит ЛЭП. А на карте такие вещи не отражены. Это говорит о том, что нужна тщательная сверка информации.

— Между тем, как сообщает прокуратура, Минимущества и земельных отношений Якутии до сих пор не разработало порядок приема документов на предоставление дополнительных гектаров. 39 муниципалитетов не приняли нормативные акты по формированию перечня земельных участков. Как власти Якутии решают эту проблему?

— Сразу поясню, что замечания прокуратуры в основном касались не выдачи гектара по федеральной программе, а относились к обеспечению наших дополнительных мер. Это и 20 гектаров для фермеров, и 50 гектаров для табунного коневодства, что, естественно, налагает дополнительную нагрузку на органы исполнительной и муниципальной власти. Но повторю, что республика готова ко второму этапу выдачи «дальневосточного» гектара.

Есть вероятность, что жители арктических районов, получив земельные участки в центральной Якутии, массово ринутся их обживать. Таким образом, возможен миграционный отток населения с Севера. Будем следить за ситуацией.

– Когда планируется передача людям, занимающимся табунным коневодством, 50 гектаров земли в бесплатное пользование?

– С 1 января 2017 года. Отмечу, для развития табунного коневодства выделим землю на отдаленных участках. Кроме того, на одну лошадь будем дополнительно предусматривать один гектар сенокосных угодий. Это делается для того, чтобы табунщики могли обеспечить коней кормом не только летом, но и зимой.

– Сообщалось, что в Якутии планируют построить Всемирный центр мамонта. Расскажите подробнее об этом.

– Для этого у нас имеются все основания. В Якутске работает Музей мамонта, есть научный центр по изучению мамонтовой фауны, также конкретное видение по совершенствованию законодательства по добыче мамонтовой кости.

Вы знаете, я неоднократно говорил, что до сих пор добыча мамонтовой кости не регулируется конкретными нормативно-правовыми актами. Мамонтовые кости относятся к полезным ископаемым, но в федеральном законе о недрах сказано, что палеонтологические находки должны регулироваться отдельным нормативным правовым актом. Мы уже несколько лет этого добиваемся, также ведем работу по передаче республике полномочий по выдаче лицензий.

У нас есть идея, чтобы бренд мамонта был реализован на международном уровне. Тем более, в таких объемах мамонтовая кость добывается только в Якутии. Более того, у нас находят практически целые туши мамонта с сохранившейся шкурой и кровью. Мы планируем, чтобы добыча также проходила через Центр мамонта. Есть соответствующее поручение президента России, и в данное время вопрос прорабатывается с профильными ведомствами.

Кстати, недавно встречался с бурятским скульптором Даши Намдаковым, который заинтересовался проектом по созданию уникальных арт-изделий из бивней мамонта. Он также поддержал нашу идею, что Центр мамонта должен быть построен именно в Якутии.

Проект включает три направления. Это современный музей, который должен будет стать популярным туристическим объектом, а также подземные научные лаборатории и криохранилища, расположенные в вечной мерзлоте.

– Насколько серьезно перенос запуска Якутской ГРЭС-2 повлиял на республику? Определены ли новые сроки?

– Вызывает большое возмущение, что сдача такого важного объекта затягивается. И заказчик, и подрядчик проявили большую безответственность при работе. В частности, об этом говорит то, что до сих пор не определена точная дата сдачи объекта, хотя изначально предполагалось, что строительство завершится в конце 2015 года. Сейчас крайним сроком называют 2017 год. Мы еще не получили конкретного объяснения, по каким причинам сроки переносятся, хотя основная работа завершена. Для нас этот проект очень важен, ведь он связан с обеспечением энергобезопасности в Центральной Якутии и должен снять вопросы с подачей тепла в столицу республики. А на сегодняшний день действующая станция полностью выработала свой парковый ресурс основного оборудования.

— Будет ли в ближайшее время в республике создан единый оператор по системе обращения с отходами? Предусмотрено ли создание таких операторов отдельно для Якутска и отдельно для арктических районов?

– Региональный оператор обязательно будет определен, но единый для всех. Следует напомнить, что это должно произойти по конкурсу, порядок недавно был утвержден правительством РФ. Такое решение обусловлено необходимостью формирования единого подхода ко всем процессам обращения с ТКО, начиная от их сбора, заканчивая утилизацией и захоронением. Дело в том, что природно-климатические особенности Якутии и ограниченная навигация, а также отсутствие системы обращения с отходами в целом по сравнению с центральной Россией не предполагают создания конкурентной среды для множества операторов. В первую очередь это касается всех отраслей ЖКХ, которые работают по теплу и энергетике. Поэтому мы вынуждены создавать централизованные структуры.

4
0