Детектив в исторических тонах: Рассказ о дореволюционной жизни старого дома в Якутске

    0
    57

    На улице Чернышевского, 38 за деревянным забором стоит серый, неприметный дом, поделенный на три квартиры. Обычный человек пройдет и подивится разве что дымящейся печной трубе. Редкий ценитель русского деревянного зодчества наметанным глазом отметит резной фриз по верху сруба в лапу, выносной карниз и железную кровлю на вальмовой крыше, сделает себе заметочку — типичная, сколоченная зажиточным хозяином изба конца 19 — начала 20 века. Без особых купеческих и дворянских причуд, иначе был бы еще и мезонин.


    Первое упоминание об этой постройке в городских архивах касается Михаила Игумнова. В 1883 году якутская городская Дума закрывает на его подворье торговые бани. Ранее он один из первых получил разрешение на этот бизнес. Четыре года спустя городские чиновники пришли проверить санитарное состояние общественной помывочной и тихо ужаснулись. Коммерсант, пообещавший сливать стоки в отдельный деревянный резервуар, а после вывозить их на городской отвал, банально прорыл канаву в речную протоку и подлым образом сливал туда стоки. Баню сразу закрыли, а Игумнова обвинили в двойном ущербе здоровью горожан. Во‑первых, он сливал грязную жидкость в протоку, откуда горожане брали воду для питья и прочих нужд. А во‑вторых, воду для мытья он брал прямо с места слива… Скандал был настолько большим, что торговые бани ликвидировали по всей улице, особым указом разрешив открывать их только в нижней по течению части города. Соседи, надо полагать, заимели на Михаила большой зуб. А сам он гадал, какой же Иуда на него настучал…

    Напомним, что нынешняя улица Чернышевского носила имя Набережной части, а сам район назывался За Логом. Сегодня это больше спальный район, а в старину там кипела торговля, теснились лавки, цирюльни, постоялые дворы, харчевни, подпольные игорные дома. Соответственно, земля была дороже. И жильё с двором и амбарами брали в основном только те, кто хотел вложиться в дело.
    Бизнес у Игумнова прогорел, отношения с соседями испортились, и он в 1896 году продает свой дом Иуде Рабиновичу. Сам Рабинович, судя по архивным документам, был личностью чрезвычайно подозрительной. Не прошло и года, как на него и его жильца Лоцмана в местное мещанское общество пришла конкретная кляуза. Надворный советник Рейхард и крестьянин Тике просили отселить обоих за дурное поведение куда-нибудь подальше. Приличные люди жаловались на «темные дела», которые творились здесь под вывеской «Белая харчевня». Судя по всему, речь шла об организации борделя.

    Продолжение истории старого дома читайте в интернет-газете «Якутия».